Путин и общество
26 сентября 2020 г.
Прямая речь
6 АПРЕЛЯ 2017

Лев Рубинштейн, поэт, публицист:

Это тянется ещё с советских времён, когда в стране сложилась традиция централизации всего. На какое-то время она отступила, но потом вновь возродилась. Государство должно управлять всем — и не допускать свободного волеизъявления граждан. По этой же причине всё, что связано с гуманитарной сферой, в той или иной форе преследуется, как нетрудно заметить. НКО, которые занимаются благотворительностью или правозащитной деятельностью, объявляются иностранными агентами. Государство считает, что оно должно держать в руках абсолютно все сферы общественной жизни.

Если бы люди спонтанно вышли на улицу в знак поддержки и солидарности с пострадавшими, то их бы скорее всего разогнали. Государство должно само организовать такие волеизъявления, чтобы не сталкиваться со свободными поступками свободных граждан. Я помню замечательный случай из 70-х годов. Тогда собралась компания молодых хиппи, которых в СССР не очень жаловали за внешний облик. И они пошли к американскому посольству для того, чтобы выразить свой протест против войны во Вьетнаме. Официальная политика советского государства была такой же, но этих ребят всё равно мгновенно скрутили, отвезли в какое-то отделение милиции и дали им понять, что нефига проявлять инициативу без разрешения и указания старших товарищей.

И это всё идёт оттуда. Будет надо — мы организуем комсомольцев и студентов. Они придут, покричат и разойдутся по домам, а самые активные получат зачёт по марксизму-ленинизму. А вы лучше подстригитесь. С тех пор в этом отношении мало что изменилось.







Прямая речь
20 НОЯБРЯ 2013

Борис Немцов, РПР-ПАРНАС:

Такие встречи, на мой взгляд, носят пропагандистско-имитационный характер и призваны убедить общество в том, что Путин готов разговаривать, в том числе, и с «несогласными». Практической пользы от них нет, особенно в формате, который предполагался сейчас, когда Путин сам определяет, кто должен к нему прийти, и понятно, что он таким образом просто вызывает к себе на беседу. Такого рода формат для оппозиции унизителен, а главное — неэффективен. Я думаю, что что бы ни говорилось на этой встрече, сделано ничего не будет. Потому что цель, которая есть у Владимира Владимировича, — это любой ценой сохранить власть, и ради этого он будет делать вид, что готов к чему-то или к кому-то прислушаться. У него нет этой задачи, мне это совершенно ясно.

Что касается приглашения нашей партии, то оно было совсем унизительным, потому что это не была встреча с руководителем партии. Решение пойти было личным решением Рыжкова, он принял приглашение, это его дело, и может быть, он сделал это из благородных побуждений. Однако надо понимать, что ничего эта встреча не принесёт. На Валдае говорили про политзаключённых, а после этого их число выросло на 30 человек за счёт активистов «Гринпис», которых взяли и посадили. Очевидно, что Путину на это всё плевать, он не слушает никого, кроме себя, и ни на что реагирует. Формат общения с ним должен быть другим. Он должен определяться не им лично, а теми, с кем он хочет говорить, и им совместно. Формат разговора, предмет разговора, тема, набор участников — это всё должно решаться не Путиным единолично, а, с одной стороны, им и оппозицией — с другой. Это называется — переговоры. А сейчас ничего такого нет, это просто пиар, имиджевое мероприятие, в котором должны участвовать представители оппозиции.

Александр Рыклин, Солидарность:

В словаре президента и его окружения термина «несистемный» применительно к политическим субъектам — хоть людям, хоть партиям — нет и быть не может. А какой есть? Есть термин «непарламентские партии». Другими словами, такие политические объединения граждан, которые хотя и не попали в парламент по причине собственной маргинальности и убогости, но все равно частично пригодны для того, чтобы быть пристроенными к процессу, и вполне подходят на роль партнеров самой последней, низшей гильдии. С их помощью, например, можно демонстрировать городу и миру широту политического поля и готовность «вступать в диалог с самыми разными силами». В том числе — даже с лузерами.

Нам как бы говорят: регистрируйте партии, участвуйте в наших выборах, обсуждайте ту повестку, что мы предлагаем, и тогда у вас появится шанс стать частью системы со всеми вытекающими преференциями и бонусами. Тогда мы вас рассмотрим, изучим и поместим на полочку рядом с близкими по духу и конструкции прочими деталями нашего политического механизма. Вы называетесь «оппозиция»? Отлично, тогда вам сюда, вот в этот отсек… Обживайтесь, знакомьтесь с перечнем ваших возможностей и функциональных обязанностей, с границами оппозиционной риторики, сформулируйте собственные пожелания, опишите уровень предполагаемой активности, на какое довольствие рассчитываете и т.д. Мы рассмотрим в общем порядке.

Понятно, что позиционирование в качестве прикладного инструмента путинской администрации и ее орготдела может выглядеть привлекательным только для той политической силы, которая не претендует на формулирование оригинальной повестки и готова послушно плыть в фарватере путинской политики, не выходя за рамки начальственных предписаний и пожеланий.

Вне всякого сомнения, приглашение на встречу с Владимиром Путиным — в определенном смысле входной билет в «большую» (кремлевскую) политику. И совершенно неважно, что станет предметом обсуждения и что по итогам напишут СМИ. Сам факт согласия на участие в подобном мероприятии не может быть оценен иначе, как подписание акта о добровольной капитуляции. В том случае, конечно, если мы говорим о партии (или фигуре), претендующей на определение «оппозиционная». В сегодняшней России в политической оппозиции можно быть только к Путину. Больше не к кому и не к чему…

Владимир Рыжков, РПР-ПАРНАС:

У нас в партии состоялась острая дискуссия — надо ли встречаться с Путиным сегодня в формате Путин — непарламентские партии. Мнения кардинально разделились — от нельзя идти до нельзя не идти.

Недоверие к этой встрече понятно. Велика вероятность, что это будет имитация диалога — для галочки. Без всяких результатов. И хуже того — попытка виртуально встроить оппозиционную и последовательную РПР-Парнас в число ручных системных партий.

Тем не менее, я, как и многие в нашей партии, считаю, что надо пытаться добиваться своих целей разными методами &mdas